Услышит ли суд намеки и политические эманации? Комментарий Георгия Бовта

«Вряд ли будет спущено на тормозах все большое «московское дело». Это считалось бы непозволительным унижением всей силовой корпорации, которая так старалась во время разгона несогласованных акций во имя порядка», — считает политолог

В ближайшее время состоится рассмотрение двух уголовных дел, вызвавших большой общественный резонанс и являющихся частью так называемого московского дела по следам летних массовых акций протеста. Сегодня, 25 сентября, будет рассмотрено дело студента Высшей школы экономики Егора Жукова, которого сначала обвиняли в участии в массовых беспорядках, но затем сменили статью на «публичные призывы к экстремистской деятельности с использованием интернета». В четверг будет рассмотрена апелляция по делу актера Павла Устинова, которого сначала обвинили в применении насилия по отношению к представителю власти, а затем, приговорив к 3,5 года колонии, отпустили под подписку о невыезде до рассмотрения апелляции.

Накануне, встречаясь со студентами Вышки, пресс-секретарь президента Дмитрий Песков, заметив, что ситуация с Жуковым носит «спорный характер», выразил при этом надежду, что данная ситуация закончится с минимальным ущербом для подсудимого. В свою очередь, ситуацию с Павлом Устиновым прокомментировал сам председатель Верховного суда Вячеслав Лебедев. По его словам, из распространенного в сети видеоролика, где зафиксировано задержание актера и который отказался приобщать к делу судья Тверского суда Москвы Алексей Криворучко, непонятно, были ли силовики уполномочены задерживать актера и поступал ли такой приказ. По словам Лебедева, из записи не ясно, «был ли приказ о том, чтобы задерживали именно этого человека эти люди, и если был, то кто его отдавал».

Павла Устинова задержали 3 августа во время акции протеста в поддержку незарегистрированных кандидатов в Мосгордуму. Следствие считает, что при его задержании сотрудник Росгвардии получил вывих плеча. Как утверждал пострадавший Александр Лягин, боец ОМОНа, Устинов скандировал лозунги, в том числе оскорбительные. На кадрах видеоролика между тем видно, что Устинов смотрел в телефон, когда его задержали. Сам он говорил, что на акции оказался случайно. Чем кончатся эти дела и «московское дело» в целом?

Если судить по косвенным признакам, то решения судов по Егору Жукову и Павлу Устинову как минимум не должны быть жесткими. Приговор Устинову после возмущения общественности вообще обжаловала сама Генпрокуратура, попросив Мосгорсуд до решения по апелляции выпустить его под подписку о невыезде, а сам приговор назвав «чрезмерно суровым».

Правда, начальник Росгвардии Виктор Золотов на сей счет вынес свой вердикт по отношению к человеку, которого общественность, причем даже лоялисты, посмотрев ролик, считает полностью невиновным: мол, надо бы ему дать год условно. Золотов, таким образом, выразил главную суть отечественной судебной системы. Она страсть как не любит выносить оправдательные приговоры. Это считается как бы пощечиной следователям и вообще всем силовикам. В наших условиях квази-оправданием подчас как раз и считается условный приговор или же возвращение дела обратно следователям, где оно потом тихо умирает.

В случае с Устиновым, особенно если принять во внимание слова главы Верховного суда Вячеслава Лебедева, дело может осложняться тем, что приказ или как минимум наводку на его задержание могли дать оперативники спецслужб, скажем, из ФСБ, которые смешиваются с толпой митингующих и руководствуются своими ориентировками. Раскрывать все тонкости которых на открытом судебном процессе не принято. Также Устинова могли опознать как совершенно другого человека с помощью камер распознавания лиц, которые уже имеются в Москве и которые могут, получается в этом случае, допускать ошибки. Если это и предыдущее предположение верны, то во избежание лишнего шума Устинова все же лучше оправдать полностью и отпустить на театральную сцену.

С Жуковым ситуация не столь однозначная. После того как на видео, которое в его случае было-таки приобщено к делу, оказался совсем другой человек, что тоже не свидетельствует в пользу системы распознавания лиц, силовики отправились за новыми уликами. Проведя обыск у него дома, пока Жуков был в СИЗО, они приобщили к делу некие материалы из его компьютера и интернета, которые призваны доказать его виновность в призывах к экстремизму. Потянет ли это на реальный срок или же суд чутко прислушается к эманациям, которые носятся в политическом воздухе и которые все же говорят не в пользу жесткого приговора, станет ясно уже скоро.

Однако даже если в случаях с Жуковым и Устиновым власть пойдет на уступки, то вряд ли будет спущено на тормозах все большое «московское дело», по которому уже шесть человек осуждены, а еще четверо находятся в СИЗО. Это считалось бы непозволительным унижением всей силовой корпорации, которая так старалась во время разгона несогласованных акций во имя порядка.

На днях целый ряд известных российских артистов, благотворителей и журналистов написали открытое письмо Дмитрию Медведеву, где просят прекратить дело в отношении Алексея Миняйло, который был волонтером кандидата в депутаты Любови Соболь, а также занимался благотворительным проектом «Полдень» по социализации воспитанников 20 детских домов в регионах России. Он был задержан на Трубной площади, когда протестная акция 27 июля уже закончилась. Также они просят прекратить «московское дело» в принципе. Не очень понятно, правда, почему подобное письмо адресовано именно Дмитрию Медведеву, который по отношению к силовикам, что называется, ни сном ни духом. Силовики вообще подчиняются не ему и не им назначаются. А Кремль, в свою очередь, не устает напоминать, что и он не может влиять ни на судебную систему, ни на следствие. Так что остается уповать разве что на Господа Бога. Под которым все ходят. В том числе те, кто «шьют» дела на ровном месте или выносят неправосудные приговоры. Только вот верят ли они в него? Или для них важнее все же подчиняться кому-то другому?