Африку поражает «голландская болезнь»
Разработка нефти и газа в Африке может обострить экономические и социальные проблемы континента. Активное развитие добывающего сектора и приток нефтяных доходов может нести в себе угрозу так называемой «голландской болезни»
Читать на полной версииРазработка нефти и газа в Африке может обострить экономические и социальные проблемы континента. Активное развитие добывающего сектора и приток нефтяных доходов может нести в себе угрозу так называемой «голландской болезни».
Доказанные запасы нефти в Африке достигают, по данным Credit Suisse, 117,5 млрд баррелей, что составляет 9,5% от общемирового показателя. Африка является третьим крупнейшим нефтяным регионом мира после Ближнего Востока и России/СНГ, отмечается в статистическом обзоре BP. И поскольку пока регион остается малоразведанным, эксперты прогнозируют, что в перспективе могут быть найдены новые месторождения. Недавно обнаруженные залежи нефти в Уганде и Гане, по-видимому, подтверждают эту точку зрения, как и тот факт, что доказанные запасы нефти и газа в Африке за последние десять лет увеличились на 15%, тогда как в остальных регионах мира в целом рост составил 8%.
До 1980-х годов считалось, что обилие природных ресурсов позволит развивающимся странам успешно преодолеть переходный период и достигнуть промышленного «взлета» точно так же, как это было в Австралии и США. Сейчас в противоположность этой точке зрения во многих аналитических работах речь идет о «ресурсном проклятии» — проблеме медленного роста и экономического отставания в странах, богатых природными ресурсами.
Классическое объяснение этому явлению — деиндустриализация, или так называемая «голландская болезнь». Этот термин, зафиксированный в 1977 году журналистами The Economist, описывает спад в обрабатывающей промышленности Нидерландов после обнаружения и начала разработки месторождений природного газа в 1960-е годы. Сейчас он часто используется для характеристики ситуации, когда открытие в стране ценных природных ресурсов приводит к развитию добывающего сектора в ущерб другим отраслям экономики.
Приток нефтяных доходов отрицательно отражается на промышленности. Поступление валютной выручки от продажи нефти приводит к укреплению национальной валюты, в результате остальное экспортное производство становится неконкурентоспособным. Кроме того, сказывается массовый отток трудовых и капитальных ресурсов в добывающий сектор. Страна становится зависимой от импорта, разрушается сельское хозяйство и традиционные отрасли.
В недавних исследованиях описывается также еще одна вариация «ресурсного проклятия» — «нигерийская болезнь». С природными богатствами связаны конфликты и проблемы государственного управления. Рост коррупции, стремление к получению дохода, гражданские столкновения, разрушение социального капитала, отсутствие стимулов к созданию институциональной структуры и проведению реформ для стимулирования роста — таковы некоторые проявления этой проблемы. И выход из этой ситуации — концентрировать больше внимания на развитии государственных институтов и укреплении ответственности правительства.
«За период с 1970 по 1993 год экономика стран, не обладающих запасами нефти, росла в четыре раза быстрее, чем экономика нефтяных стран», — отмечает Джон Газвинян (John Ghazvinian), автор книги Untapped: The Scramble for Africa's Oil.
Говоря о «голландской болезни», Газвинян в одном из интервью в 2007 году привел в пример Габон. Территория страны, добывающей около 300 тысяч баррелей нефти в сутки, сплошь покрыта тропическими лесами, но здесь практически не найти бананов, которые выращены местными хозяйствами. Бананы Габон ввозит в основном из Камеруна. В какой-то момент Габон был крупнейшим в мире импортером шампанского на душу населения. «Но нефть — и вместе с ней шампанское — в какой-то момент закончится», — поясняет Газвинян. И к тому времени промышленность страны может атрофироваться. В этом главная опасность нефтяного бума.
Профессор Арнольд Харбергер (Arnold Harberger), проработавший 38 лет на кафедре экономики Университета Чикаго, ведущий эксперт по экономическому развитию, считает, что грамотному распределению нефтяных доходов следует учиться на успешных примерах Норвегии и Аляски.
Выступая с лекцией в университете Ганы, Харбергер, что нефтяные доходы, которые могут способствовать развитию и процветанию, несут в себе существенную угрозу.
Добывающая отрасль Ганы, которая развивается уже более 100 лет, также является примером того, что стране в целом и местным сообществам не идет на пользу разработка ископаемых ресурсов.
В 1974 году, когда цены на нефть достигали максимума, Харбергер являлся одним из советников правительства Венесуэлы. Тогда, по его словам, они пришли к мнению, что все нефтяные доходы, генерируемые страной, рекомендуется инвестировать за рубежом и формировать портфель, обеспечивающий хорошую доходность при приемлемом уровне риска.
Во время роста цен на нефть в 1979 году то же самое было рекомендовано мексиканскому правительству, но в обоих случаях совет не был принят.
В противоположность этим примерам в Норвегии море и подводные ресурсы по закону принадлежат гражданам и рассматриваются как капитал для народа, напоминает профессор Харбергер.
Норвежцы создали нефтяной фонд, средства которого вкладываются по всему миру, а в экономику возвращается только прибыль от их размещения. Нефтяные доходы здесь рассматривают как капитал, который можно передавать будущим поколениям.
Другой пример, который привел Харбергер, — Аляска, где также деньги инвестируются за рубежом и используется только возврат на капитал. Каждый житель Аляски ежегодно получает чек на долю дохода, генерируемого фондом, отметил Харбергер.
Он выразил надежду, что Гана последует этим примерам и нефтяное богатство пойдет во благо стране.
Гане, как и ряду других африканских государств, сейчас очень важно исключить угрозу «голландской болезни», которая развивается в результате неправильного использования нефтедолларов.
Основные ресурсы углеводородов в Африке сосредоточены в Ливии, Нигерии, Анголе, Алжире и Египте.
Нигерия обладает самыми большими ресурсами нефти и газа в Африке и занимает 9-е место в мире (70 млрд баррелей), сообщается в отчете Credit Suisse. Согласно данным ENI, добыча нефти в Нигерии за последние пять лет выросла на 9,8%, а доказанные запасы — на 51%, что говорит о высоком потенциале развития отрасли. Существенным препятствием, однако, являются столкновения партизан с правительственными войсками в дельте реки Нигер (где расположены основные месторождения), которые подрывают работу по добыче и повышают риски инвестиций.
Это, кроме того, повышает издержки производства. В конце 2008 года глава нигерийской государственной нефтяной компании Amni International Тунде Афолаби (Tunde Afolabi) заявил, что издержки в дельте реки Нигер на 250% выше, чем для морской добычи, если учитывать расходы на обеспечение безопасности и страхование от похищения для сотрудников.
В Анголе с 2002 года добыча нефти выросла на 91% и, по оценкам государственной компании Sonangol, к 2010 году объем производства будет вдвое выше уровня 2006 года. После окончания гражданской войны в 2002 году Ангола стала одним из самых привлекательных направлений в развитии нефтедобычи. К 2012-2013 годам страна, вероятно, войдет в число ведущих производителей сжиженного природного газа.
Африка остается относительно малоразведанным нефтяным регионом. В последние годы несколько стран континента объявили об обнаружении существенных ресурсов углеводородов. Так, в Уганде были найдены несколько крупных месторождений, в результате чего общий объем резервов страны вырос до 1 млрд баррелей. И в перспективе этот показатель может увеличиться. Совсем недавно, в 2007 году, в Гане были открыты запасы нефти объемом более 3 млрд баррелей. Судан, с 6,6 млрд баррелей уже разведанных ресурсов, также является страной с большим углеводородным потенциалом, огромная территория страны — 2,5 млн кв. км — остается в значительной степени неразведанной. В перспективе в центре внимания ведущих нефтегазовых корпораций мира могут оказаться и другие обладатели значительных природных богатств — Республика Конго (1,9 млрд баррелей), Экваториальная Гвинея (1,8 млрд баррелей) и Габон (2 млрд баррелей).
Ввиду этого можно ожидать дальнейшего усиления роли Африки на нефтяном рынке. Нефть — один из главных интересов США в Африке. В течение пяти лет США планируют увеличить долю континента в общем объеме импорта нефти до 25%, по сравнению с 15% на текущий момент.