Чем кризис на Кипре опасен для России?
Прямые потери российских компаний от кипрского кризиса не настолько существенны, чтобы в ситуацию вмешивалось правительство страны. Однако из-за снижения доверия к финансовой системе острова, российскому бизнесу придется изменить логистику своих финансов
Читать на полной версииРазразившийся на Кипре кризис является беспрецедентным по нескольким причинам. Во-первых, сам сценарий банковского кризиса там стали обсуждать еще пару лет назад на фоне развития глобального кризиса, но это не помогло предотвратить его .Фундаментальные опасения по поводу стабильности банковского сектора этой страны связаны с тем, что его активы составляют около 170 млрд долларов, при том что ВВП страны колеблется около 20 млрд долларов. Стран с такой развитой финансовой системой в мире немного и все они обязаны этим значительному присутствию на своей территории международных банковских институтов. В отличие от них, около 60% банковского сектора Кипра приходится на местные банки, что означает, что в случае ухудшения их финансового положения расхлебывать их проблемы будет вынуждено местное правительство. Что собственно и произошло. Показательно, что наличие очевидной фундаментальной слабости системы и эффект домино от греческого кризиса не заставили принять никаких упреждающих мер и разразившийся неделю назад кризис абсолютно парализовал экономику острова.
Второй примечательный аспект развивающего кризиса в том, что прошла уже неделю с момента его начала, а банки открылись только сейчас. По всей видимости, особый статус Кипра сыграл злую шутку с его руководством. С одной стороны, страна является частью еврозоны, с другой — ее экономика сильно зависит от российских капиталов. Желание кипрского правительства заручиться поддержкой и ЕС, и России, понятно, однако идет в разрез с интересами обоих кредиторов. Этот торг нанес вред прежде всего кипрской экономике. Неработающий банковский сектор бьет по доверию, которое является ключевым фактором для работы банковской системы. Чем дальше, тем очевиднее становится, что экономика Кипра после кризиса уже не сможет сохранить свой статус мирового оффшора и свою роль финансового посредника.
Прямая уязвимость российской экономики из-за кипрского кризиса в значительной степени преувеличена, но косвенный эффект может быть значительным. По разным оценкам в кипрских банках лежит около 15-20 млрд долларов российских депозитов. Первоначально решение ввести налог на депозиты заставило говорить о возможных потерях в 2 млрд долларов, но он не был одобрен парламентом Кипра. Однако это трудно назвать хорошей новостью. По сути, деньги заморожены на счетах и получить к ним доступ проблематично. Но хотя это говорит о возможных потерях для отдельных вкладчиков и компаний, следует понимать, что сумма 15-20 млрд долларов не является значимой в масштабе российской экономики. Она составляет только 1% российского ВВП и 2% от общего объема вкладов российских банков на территории России. Кроме того, крупные бизнес структуры в последние 5-10 лет редко пользовались Кипром для инвестиций за рубеж, и в большинстве своем не имеют прямой зависимости от этой страны. Упомянутые 15-20 млрд долларов либо пришли на Кипр в 1990-ые (то есть их происхождение действительно может вызывать вопросы), либо являются текущими счетами мелких и средних российских компаний, доля которых в экономике России достаточно мала.
Тем не менее, роль Кипра, как транзитной экономики, для российских капиталов была значительной. По оценкам, в 2012 году на Кипр пришло около 122 млрд долларов российских капиталов, и с Кипра в Россию вернулось около 128 млрд долларов. В значительной степени, это как раз отражает роль соглашения о двойном налогообложении, которое позволяло российским структурам минимизировать налоговые платежи. То есть инвестиций в кипрскую экономику было мало, но через Кипр проходили значительные финансовые потоки. Это говорит о том, что заморозка счетов заставит ряд российских компаний и банков радикально изменить логистику своего бизнеса. Возможно, часть из них предпочтут вернуться в Россию. Скорее это касается транзакций физических лиц. Бизнес-структуры, скорее всего, в целях диверсификации, будут искать другие страны-оффшоры. Таким образом, очевидно, что кризис на Кипре приведет к удорожанию стоимости ведения бизнеса, что является негативной новостью. И речь идет не о моментальных потерях, а о растянутом во времени повышении уровня издержек ведения бизнеса.
Низкие прямые потери, но значительный эффект на логистику бизнеса как раз и определяет реакцию российского правительства на сложившуюся на Кипре ситуацию. С одной стороны, нет ожиданий значительных потерь, которые бы заставили правительство жестко вмешаться. Кроме того, цена кризиса сейчас растет из-за промедления кипрского руководства и из-за непродуманного предложения о налоге на депозиты, которое и вызвало банковскую панику: это просчет тройки кредиторов и именно они, а не Россия, должны за это платить. Плюс к этому, российское руководство само не раз говорило о своей обеспокоенности проблемой сомнительных капиталов и действительно природа российских депозитов на Кипре недостаточно понятна, чтобы оказывать им поддержку. С другой стороны, на Кипре представлены несколько крупных российских банков, включая государственные, и им, возможно, потребуется поддержка в случае набега вкладчиков. Эти факторы и определили позицию России, которую в целом можно назвать выжидательной.